Проверила по карманам. Пусто. Кто-то присвоил себе ее мобильный телефон, сумочку и даже кольцо – подарок Емельяна. Коротать ночь в сыром подвале ой как не хотелось. Малька продолжила разведывать остановку. Обошла комнату по периметру. Стены на ощупь напоминали землю. Большая вырывая могила с высоким потолком. Можно было предположить, что вход вверху. Квадратный деревянный, как в сельских домах. «Может, здесь раньше хранили картошку?» На полках лежали пустые банки и какие-то металлические инструменты или детали. В углу что-то больше напоминающее мусор: куски линолеума, банки, скорее всего, от пива и консервов. «Чей же это подвал? И как отсюда выбраться?»
Малька отчаялась, забилась в угол и присела на корточки, стараясь согреться. Тихо. Она слышала собственное дыхание, биение сердца и что-то еще. Едва различимые звуки доносились сверху. Там точно были люди. Или, по крайней мере, один человек. Спать в такой обстановке нереально. Малька схватила первую попавшуюся бутылку и подбросила вверх.
— Эй, вы! Выпустите меня отсюда, – закричала она, переходя на плач, и бросила еще одну бутылку.
Стекла, звеня, осыпались на пол. Теперь любое движение могло окончиться кровавыми ранами. Малька сжалась в комок и злилась на саму себя. «Испытание! Ничего себе испытание. И что я должна делать? Рыть тоннель?» – возмущалась она.
Вскоре звуки сверху стали более отчетливыми и близкими. Голоса. Шаги. Что-то скрипнуло. Малька зажмурилась. Тонкая полоска света мелькнула по стене. С грохотом в комнату опустилась массивная деревянная лестница. Свет падал через окно в потолке и рассеивался по жуткой конуре.
— Поднимайся, – скомандовал хриплый мужской голос, – и без коников, если хочешь выйти отсюда живой и невредимой.
Малька недоверчиво посмотрела наверх. Их было двое. Кроме старых кроссовок и запачканных грязью штанов ничего не было видно. Малька осторожно направилась к лестнице, обступая зеленые осколки. Те двое направили на нее пистолеты.
— Живее, детка, – крикнул один.
Их лица скрывали черные маски с вырезами для глаз и рта. Один только вид этих шапочек вызывал недоверие и страх. Малька поднялась по лестнице, строя догадки: что же с ней будут делать.
Крупный парень с силой толкнул ее на пол. Грязно. Доски гнилые. Малька упала и ударилась подбородком, не успев вовремя защититься руками от возможных последствий падения.
— Не ушиблась? – раздался насмешливый голос и щелкнул курок пистолета.
— Что вам от меня надо? – Малька развернулась на полу и смотрела на них снизу верх, медленно отползая назад.
— Сейчас тебе представиться возможность услышать голос своей ненаглядной маменьки. Ты будешь хорошей девочкой и скажешь ей слово в слово то, что я тебе скажу. Поняла? Запоминай. «Мама, если они до полудня не получат миллион гривен, они побреют меня налысо. Если не получат миллион до часу дня, отрубят мизинец. А если до двух – руку. А если вы не найдете миллион до трех – вы больше никогда не увидите меня живой. Они надругаются над моим трупом и скормят бродячим собакам. Мама, спаси меня!» Думаю, этого будет достаточно. Все остальное я разъясню ей сам. – Добавил он и швырнул Мальке ее телефон.
Малька разревелась. Она даже не знала, чего боится больше. Умирать молодой точно не хотелось. Но и расстраивать маму подобными просьбами тоже. Но выхода у нее не было. Нужно было подчиняться. Дрожащей рукой она разблокировала телефон, выбрала нужный контакт и нажала кнопку вызова. Те двое приставили ей к обоим вискам пистолеты и стояли над душой, широко расставив ноги.
Гудки сменились на взволнованное «алло».
— Мама, – Малька запнулась, всхлипывая.
— Малька, где ты? Я всю ночь не спала…
— Они хотят миллион. Если до двенадцати не будет денег, они побреют меня налысо, – она плакала.
В трубке раздался голос Валерия:
— Малька? Малька? Миллион? Миллион чего?
Громила ударил Мальку по лицу, недовольно шипя.
— Миллион гривен до полудня. Иначе они побреют меня налысо. Если не получат миллион до часу, отрубят мизинец. А если до двух – руку. А если вы не найдете миллион до трех – вы больше никогда не увидите меня живой. Спасите меня, – умоляла она.
Громила выхвалил телефон:
— Алло, папаша. Сверим часы. На моих 07:24. Даю тебе четыре часа на сбор деньжат. В 11:30 я сообщу о месте встречи. Девчонка пока в целости и сохранности, но если ты не поторопишься, я за ее жизнь не отвечаю. И без глупостей, папаша. Не вздумай сообщить в милицию. – Он сбросил вызов и отключил телефон, не дожидаясь ответа.
— Миллион за эту дуру – это много! – процедил сквозь зубы тот, что ниже ростом, и противно засмеялся.
— Этот заплатит. Он ее мамашу полжизни искал. И вот нашел, наконец-то!
Тут Малька сообразила, в чем дело. Кто-то знает, что Валерий Сафонов не бедный родственник и его доходами можно поживиться. «Но кто этот кто-то? Валерий совсем недавно появился в городе, а о его жизни уже знают, чуть ли не всю подноготную. Емельян? Он мог навести о нем справки еще в Тель-Авиве. Он мог и настаивать на свадьбе только из-за денег Валерия. А что если он и предложение мне сделал только с одной целью? Нет. Это бред. О существовании моего отца никто и не подозревал. Для всех он был погибшим летчиком-испытателем» – Малька вытерла слезы.
— Спешу тебя порадовать, принцесса. Можешь вздремнуть пока на софе. Она, конечно, не царская, но все ж лучше, чем спать в сыром подвале на грязном полу. Поднимайся. Отведу тебя в номер «он клюзив»!
Громила помог Мальке встать и втроем они вышли из серого коридора в светлую опрятную комнатку. На стенах обои в цветочек, проводка поверху, с потолка свисала лампочка на длинном шнуре, полы деревянные крашенные, из мебели только софа и два старинных кресла. В комнате имелось окно, но оно было забито досками снаружи. «Старая изба какой-нибудь одинокой старушки, у которой при жизни непременно был огромный огород» – подумала Малька.
— Располагайся, – почти любезно предположил громила и достал из кармана колоду карт, – а мы перекинемся в партейку.
Они разместились на старых скрипучих креслах и начали играть в карты прямо на подоконнике. Малька их не отвлекала, лишь изредка поглядывала на скрытые лица. Пистолеты они спрятали за ремни и, если бы не бандитские шапочки, то эти двое смотрелись бы со стороны довольно забавно: как пенсионеры с домино.
Малька прилегла на софу и поджала ноги, стараясь согреться. В помещении не было ни печки, ни обогревателя. Она дрожала. И от холода, и от страха.
— Эй вы, похитители-вымогатели, – нарочно с издевкой произнесла Малька, – а с чего вы взяли, что за меня дадут миллион?
— Ой, и кто это у нас там заговорил? Дочь самого министра Сафонова? – вопросом на вопрос с сарказмом в голосе ответил тот, что пониже ростом. – Ты сама хоть знаешь, сколько у твоего папаши денег? Хотя откуда тебе знать, если он с горем пополам и по большой счастливой случайности отыскал тебя не так давно, и то по дивному стечению обстоятельств.
— А вы, оказывается, хорошо осведомлены, – мысли вслух.
— Меньше текста, детка. Не переживай и тебе от папочки на конфеты достанется! – грубо произнес громила и заржал, как конь.
Малька укутала уши в шарф и отвернулась.
Тем временем Кира не находила себе места.
— Боже мой, что же теперь будет? – никак не могла она успокоиться и носилась по комнате из угла в угол, пока Валерий разговаривал по телефону со своими компаньонами. Ведь миллион наличными ни в одном банке не дадут. – Бедная моя девочка. Я и не предполагала, что все может так обернуться. Это ж надо – похитили? Руны о похищении ничего не говорили.
— Какие еще руны? – удивился Валерий.
Он сидел на диване в вельветовых брюках цвета охры и модной молочной рубашке с карманами на груди и кожаными вставками на плечах. На переносице образовалась грубая складка, а мелкие гусиные лапки под наружными уголками глаз прорисовывались отчетливее, хотя Валерий вовсе не смеялся.
— Не бери в голову, – Кира присела рядом. – Я гадала Мальке на ее судьбу при помощи древних рун своей прабабушки.
— Гадала? – Валерий отложил телефон.
— Да. Руны предупреждали об опасности, но я и понятия не имела, что жизни моей дочери что-то угрожает.
— Нашей дочери, – поправил ее Валерий.
— Боюсь даже представить, что будет, если ты не найдешь миллион, – заплакала Кира, сжавшись.
— Я то найду деньги. Но после этого случая нам нужно будет уехать отсюда. Не хочу подвергать вас опасности, – Валерий обнял ее и поцеловал в висок. – Похоже, кто-то знает обо мне слишком много, – добавил он, прищурив глаза.
— Я уже и не знаю, что и думать, – Кира вытерла слезы. – А что если это проделки рук Емельяна? Малька бросила его. Чуть ли не из-под венца сбежала. А он уже и приглашения своим родственникам разослать успел. Что если это месть?
— Месть? – Валерий задумался. – Не думаю. Хотя не исключаю и такой расклад. Но если напрячь извилины, то лично мне становится очевидным – следили за мной, и если раньше я был неуязвим, то теперь у меня есть вы: ты и Малька, и вы мне дороже всего. Деньги не главное в жизни. Я бы с радостью махнул бы куда-нибудь на необитаемый остров, лишь бы ты была со мной и Мальки была счастлива.
— Валера, – Кира прильнула к его груди, – я люблю тебя.
— И я тебя люблю. Ты же знаешь.
Они сидели на диване в обнимку, когда во дворе залаяла Булька. Кира вскочила.
— Кто-то пришел. Я выйду.
— Сиди, – остановил ее Валерий. – Я сам.
У калитки стоял молодой парень с алой розочкой. Валерий сразу догадался, что это новый друг Мальки, с которым она познакомилась в компьютерном клубе. Он вышел к нему за двор.
— Здравствуйте, – робко поздоровался тот.
— Ну, здравствуй. Не как ты и есть тот самый Руслан?
— Да. Малька рассказывала обо мне? – он посмелел.
— Рассказывала, – недовольно ответил Валерий. – Я так понимаю розу ты принес для Мальки?
— А кому же еще? Я подумал, заскочу перед работой проведать ее, а то вчера она нехорошо себя чувствовала. Как она? Ей уже лучше?
Валерий замялся.
— Она… заболела, – нашелся он.
— Можно ее увидеть? Хотя бы на пару минут, – попросил Руслан.
— Не сегодня, – Валерий был категоричен.
— Она еще спит? Она сегодня не идет на работу?
— Мальку похитили, – не сдержался Валерий.
Алая роза упала на холодный снег.

Так вот, вчера я написала ему, что люблю его так сильно, что хочу прижаться к его телу и прошептать на ушко все то, о чем я пишу ему уже 23 дня. Не смейтесь, я знаю, что вы сейчас думаете обо мне, но для меня эти 23 дня больше чем просто 23 дня: это сотня часов потрясающих эмоций и тысяча откровенных писем. Это счастье! – отвлеклась. – Я написала ему, что если бы не одно обстоятельство, то я бы прилетела к нему первым же рейсом. И это при всем том, что у меня и загранпаспорта в помине нет, и за границей я ни разу в жизни не была, и самолетов боюсь из-за того, что они иногда падают. Но я думала о нашей реальной встрече. Я так его хочу! Его голос меня возбуждает! Его губы, и взгляд, и вообще он сам весь такой соблазнительный! Я каждую ночь засыпаю с мыслями о нем, просыпаюсь – тоже, я занимаюсь сексом с мужем, а представляю его, и получаю удовольствие, не смотря на то, что муж меня уже 15 лет не возбуждает. Я медленно схожу с ума. А может это быстро? Так вот, я написала Энрике, что, если бы была свободна, то купила бы билет на первый самолет, два билета, и провела бы с ним целую неделю. Мы бы гуляли по Братиславе, разговаривали без переводчика, смеялись и наслаждались жизнью! Я уверена, что мы бы понимали друг друга с полуслова, даже если бы оно прозвучало на незнакомом языке! Он манит меня, как магнит! Я хочу его, как не хотела ни одного мужчину в своей жизни! – мечтательно заулыбалась. – Еще полгода назад я планировала летом отдохнуть в Крыму, даже с отелем определилась и заранее купила 4 ярких платья. Но по ходу политических событий на Украине, я отказалась от этой идеи. У меня появилась другая – получить загранпаспорт и провести отпуск где-нибудь, скажем, в Израиле! Моя подружка привезла с Тель-Авива массу впечатлений! И я тоже захотела! За зиму мы с мужем скопили небольшую сумму денег на летний отдых, и я могла бы хоть завтра в ускоренном порядке получить загранпаспорт, купить билеты и рвануть к Энрике в гости! Чехословакия тоже красивая страна! Я бы убила двух зайцев. Нет, к сожалению, трех. И третий заяц совершенно не входит в мои планы. Я не могу бросить мужа. Он этого просто не переживет. У нас чуть ли не война идет, он после работы идет на митинги. Вчера, вот, например, Донбасс провозгласили независимой Донецкой Республикой, а сегодня в Луганске уже чуть ли не стреляют. Как я могу его бросить? Не могу. И думать о своей влюбленности мне иногда стыдно, но ничего с этим поделать тоже не могу. И знаете, что Энрике ответил мне? Не догадываетесь. Он сказал «давай не будем торопиться». Я уже планы строю, как прилететь к нему, а он чуть ли не говорит «не вздумай приехать», хотя еще позавчера писал, что день нашей встречи будет самым важным и красивым в его жизни. Я расстроилась. Я поняла, что я дура. Но я все-таки люблю его, не смотря на страны, которые нас разделяют, на незнание языков, не смотря ни на что, даже на то, что мне пора думать о пенсии, а не о мужчинах. Энрике написал, что я из-за одного сумасшедшего поступка могу потерять все, что имею: мужа, семью, дом и даже родину. И, черт возьми, он прав. В его словах истина. Он рассуждает, как взрослый мужчина, а я так, словно мне опять 17. Мы еще долго переписывались. У него финансовые трудности, и он не может приехать ко мне. Но это даже к лучшему. Если не я к нему, а он ко мне, то мы не сможем круглыми сутками наслаждаться обществом друг друга. Я бы не смогла посетить его у себя, и мы виделись только, когда муж на работе… Или на митинге. Мне было бы его мало. Но в этом тоже что-то есть. Экстрим! Но нет, все-таки лучше мечтать о том, как бы нам было хорошо вдвоем, если бы я прилетела к нему. Я бы проверила, способен ли не спать до рассвета, занимаясь любовью! Мне стыдно, но когда он описывает, как бы он меня целовал и где, я забываю обо всем! Я все равно мечтаю о его поцелуях. Но сегодня утром я поняла кое-что. Я собиралась на прием. Первым делом надела сексуальное белье. Посмотрела на себя в зеркало: а я все еще ничего! Повертелась и так, и сяк. Чулки, подтяжки, элегантное платье. Сделала прическу, накрасилась, открыла шкатулку с украшениями, и вдруг что-то щелкнуло. У меня есть все, о чем может мечтать женщина: наряды, косметика, драгоценности, муж, который платит за это все, я не голодаю и покупаю продукты в супермаркете, не глядя на ценники. Казалось бы, я должна быть счастливой. Но я несчастна. Несчастна, потому что мне не хватает любви. Я хочу любить, хочу быть ласковой и нежной, желанной и любимой. Но муж мне этого дать не может. По-своему он, конечно, любит меня, как и я его, раз мы уже столько лет живем вместе. У нас взрослая дочь. Она учится на юриста. У нас общая квартира, друзья и… и все. Нам не интересно вдвоем. Говорить не о чем. Да мы и не разговариваем особо. В такси я думала, что мне делать дальше, ведь я, действительно, могу потерять все. Все в буквальном смысле. Энрике может разочаровать меня или я разочарую его: мы придумали себе друг друга, и наша страсть может так же быстро погаснуть, как и загорелась. – Психолог не успела воспользоваться паузой, и Анна даже не обратила внимания на ее попытку что-то сказать. – Я сделаю шаг в неизвестность. Первым делом, получу загранпаспорт! А если завтра начнется война – это послужит мне знаком, что никуда лететь не нужно. Я возьму в руки автомат и буду до последнего здесь, плечом к плечу с русскими на Украине.
— Анна, никакая вы не сумасшедшая! Я понимаю вас, как женщина женщину. В том, что вы не послушали меня вчера и снова зашли в Фейсбук, есть и положительные стороны. Ваш Энрике Иглесиас дал понять, что торопиться не стоит. Вот и не торопитесь. Не заходите в социальные сети с недельку, не общайтесь с ним. Я вам советовала занести его в черный список. Сделайте это. Если его чувства так же велики, как ваши, он не отступится и найдет способ достучаться до вашего сердца. Вам, действительно, нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах. Что если уже через 3 дня, вы и не вспомните о нем? У вас есть любящий и заботливый муж, пригласите его в кино, вспомните то, что вас в нем привлекало, оживите ваши отношения, дайте волю фантазии. Возможно, вы поймете, что кроме мужа вам никто и не нужен. А если все-таки вы не сможете побороть чувства к Энрике, то прежде, чем делать выбор, взвесьте хорошенько все за и против, подумайте о последствиях вашей страсти. Стоит ли рисковать всем ради мужчины, с которым даже кофе не пила?
Анна не ответила. С глаз катились слезы. Она достала с сумочки кошелек и оплатила прием. Марина Александровна все еще что-то говорила, но Анна не хотела ее слушать. Вызвала такси. Села на переднее сидение. По радио сообщили, что несколько автоматчиков в масках вывели Сергея Тигипко со здания СБУ, захваченного сепаратистами. Анна перестала плакать. «Атмосфера крайне напряженная. Внутри бывшие афганцы, десантники, военные, много оружия. Штурм приведет к жертвам, будет кровь. Это пороховая бочка. Требования активистов неизменны: Федерализация».
— Куда едем? – голос таксиста отвлек Анну от новостей.
— В паспортный стол, пока еще не началась война.

Он торопливо покинул «Пальмиру», сел за руль и погнал за город, не превышая допустимую скорость. Иногда Емельяну хотелось иметь волшебный ковер-самолет, чтобы скоротать томительное время ожидания. И хоть Mitsubishi – не подарок джина из лампы Аладдина, но и она домчала Емельяна к дому Мальки за считанные минуты.
Он вошел во двор. Булька приветливо лаяла и виляла хвостом. Но дверь оказалась закрытой. Емельян отчаянно пытался дозвониться Кире, но номер постоянно был занят, набирал номер Мальки, но абонент находился вне зоны обслуживания: «Зараз нажаль відсутній зв'язок з вашим абонентом». Емельян выругался и, не солоно хлебавши, вернулся в машину.
Зазвонил телефон. Номер неизвестный.
— Слушаю, – ответил Емельян.
— У меня мало времени, – грубый голос застал его врасплох. – Мне срочно нужна доверенность. Через полчаса в нотариальной конторе.
— Эрнест?
— А ты догадливый малый! Не заставляй себя ждать.
Емельян не успел ничего ответить, как тот уже положил трубку. «Что же это за день такой? Все ставят меня перед фактом и даже договорить до конца не дают» – возмущался он.
Тем временем Валерий, Кира и Руслан, посвященный в события, уже посетили ряд банков и успели убедиться, что получить миллион наличными – задача не из легких.
— А что если я достану фальшивые деньги? – предложил Руслан, когда Валерию в одном из банков выдали только 80000, и в двух других по 100000. – Мы осенью изъяли полтонны подделок хорошего качества. Даже с помощью детектора валют не найти признаков фальши. Может, я поговорю с капитаном?
Валерий наотрез отказался.
— Не стоит рисковать. И впутывать в это дело милицию не нужно.
Кира лихорадочно поглядывала на часы в ожидании звонка. Она боялась, что до обусловленного срока собрать миллион не удастся.
— Руслан и так из милиции. Надеюсь, за нами не следят? – она нервничала.
Они втроем остановились у машины Валерия, и подозрительно огляделись по сторонам.
— Не исключено. – Согласился Руслан. – Мы не знаем, как долго злоумышленники планировали похищение. Ведь миллион не потребовали бы, если бы не были уверены, что смогут его получить. Значит, они знали, что вы располагаете такими деньгами. Но даже я бы ни за что не подумал, что Малька дочь миллионера.
— Я бы тоже не за что не подумал, что в этом городе о моем финансовом положении узнают меньше чем за две недели.
— Малька тебе наверно не рассказывала, что состоятельный отец у нее появился совсем недавно? – спросила Кира. – Раньше за нее бессмысленно было требовать такие деньжищи. Она студентка, работает секретарем, у нее минимальный оклад, а я всего-навсего логопед. – Она расплакалась.
— Я обязательно найду виновных. – Руслан недовольно сжал кулаки.
Кира натерла докрасна нос и никак не могла заставить себя успокоиться.
— Это машина Емельяна! – вдруг вскрикнула она и указала рукой на дорогую иномарку. Валерий и Руслан переглянулись.
— Не нравится мне этот тип. – Произнес Валерий еле слышно.
— Это бывший жених Мальки? – поинтересовался Руслан. – Емельян Заславский?
— Вы знакомы? – спросила Кира.
— Нет, но он один из подозреваемых в деле по угону и перепродаже краденых автомобилей. Он гонщик. Его неоднократно задерживали за быструю езду и нарушение правил дорожного движения. Как тесен мир.
Емельян припарковал автомобиль и пулей выскочил из него, направляясь к Кире. На бегу он вопросительно посмотрел на окруживших ее мужчин.
— Где Малька? Ее серьезно похитили?
— Куда уж серьезнее? – Грубо ответила Кира.
— Кто эти люди? Этого сердечника я знаю, – Емельян насупился. – Я думал вы ограничитесь курортным романом, но, похоже, Малька врала мне, что вы просто друзья.
Кира удивленно приподняла бровь:
— Курортный роман? Валерий, о чем он?
— Не слушай его. Он не знает, что говорит.
— Ну, да, конечно. Ладно, опустим эту тему. Это сейчас уже не имеет никакого значения. Что с Малькой? Я готов предложить помощь.
— Поезжай, куда ехал. Мы обойдемся без тебя. – Валерий не дал ему договорить.
— Я волнуюсь за Мальку. Кира, чем я могу помочь? У меня есть кое-какие сбережения и эта Mitsubishi. Я отдам все, лишь бы Малька была счастлива, даже если она выйдет замуж за этого бойфренда с больным сердцем.
— Емельян, этот бойфренд, как ты его называешь, – родной отец Мальки.
— Отец? – Емельян опешил. – Отец! Так это многое объясняет…
Руслан до этого стоял молча. Интуиция подсказывала ему, что Емельяну можно было доверять, и что даже если он и организатор банды угонщиков, то за судьбу Мальки переживает искренне.
— Нам нужно торопиться. Уже половина одиннадцатого. – Руслан достал мобильный телефон.
— Сколько у нас времени? – спросил Емельян.
— Один час. – Ответил Валерий. – Не думаю, что твоя машина устроит похитителей. Она слишком яркая и приметная. На ней не затеряешься на дороге. Да и они требовали миллион наличными, а не Mitsubishi.
— У вас есть другие предложения? Или Мальке несказанно повезло и ей на голову нежданно-негаданно свалился папочка-миллионер?
— Не хочу тебя огорчать, но у меня есть деньги, единственная проблема: во всех банках лимит на выдачу наличных.
Емельян молча обрабатывал информацию.
— Кира, Валерий, – обратился Руслан с уважением, – не стоит отказываться от помощи. Возможно, нам пригодятся и его деньги, и его машина. Не будем терять время. Поехали в следующий банк. У нас в распоряжении 58 минут.
— Садитесь в мою машину, – предложил Емельян.
— Ну, хорошо. Не будем спорить. Поехали. – Валерий взял Киру за руку и повел к машине Емельяна.

Они остановились на площадке недалеко от банка. Валерий второпях хлопнул дверцей, и Руслан тоже вышел. Он поглядывал на часы, остановившись у центрального входа. Емельян опустил стекло и закурил. Кольца дыма растворялись в морозном воздухе. Прохожие, кутаясь в шарфы, сновали туда-сюда. Внимание Емельяна привлек толстый бородач с кейсом. Он неповоротливо вышел из грязного ржавого ВАЗа и почти вприпрыжку, на сколько это возможно, побежал в сторону банка.
Руслан, завидев своего начальника, подал ему знак идти за ним и быстро поднялся по ступеням. За первой дверью в небольшом коридорчике он остановился. Никого не было. Все клиенты толпились в основном помещении, и там же находился и Валерий Сафонов. Руслан мог наблюдать за ним через стеклянную дверь.
— Я привез тебе деньги, – шепотом произнес мужчина. – Что надумал с ними делать? Они же фальшивые. Тем более подотчетные.
— Сан Саныч, ты настоящий друг. – Руслан с благодарностью обнял его и похлопал по плечу. – Они же все меченные, так? Серийные номера есть, так? Мы заплатим этими деньгами половину выкупа и позже сможем вычислить похитителей.
— Какой еще выкуп? Кого похитили?
— Это длинная история. Здесь точно полмиллиона? – Руслан взял кейс.
— Две с половиной тысячи фальшивых двухсоток.
— Что бы я без тебя делал?!
— Ты главное, не забудь, что с нас спросят за эти деньги, хоть это и не деньги вовсе. Поэтому ты просто обязан задержать преступника и вернуть эти бумажки обратно.
— Я постараюсь, – Руслан виновато опустил глаза, будто предчувствовал неутешительный результат.
— Может вызвать подкрепление? Ты один справишься?
— Постараюсь. А теперь уходи. Нас не должны видеть вместе. Давай-давай, – поторопил Руслан своего коллегу, заметив приближение двух парней в спортивной одежде. Руслан не исключал варианта слежки.
Спрятав кейс за пазуху, Руслан вошел в клиентскую зону, а Сан Саныч покинул здание банка, столкнувшись на выходе с подозрительными людьми.
В банке Руслан отозвал Валерия, стоящего в очереди, шепнув ему на ухо «полмиллиона у меня», и вдвоем они вышли на улицу. Емельян все еще курил, а Кира так и сидела, нервозно массируя лоб и виски.
— Как успехи? – спросил Емельян, косо поглядывая на Руслана, когда тот присел рядом с плачущей Кирой.
— Осталось сложить деньги в одну кучу, – ответил Руслан, доставая из-под куртки тот самый кейс, который Емельян уже видел в руках бородача.
— Нужен другой кейс, сумка или пакет, – подметил Емельян. – Этот какой-то ментовской.
— Едим в магазин, я куплю сумку для денег. – Валерий попросил Емельяна и опечалено посмотрел на Киру. На ней лица не было. – Скоро этот кошмар закончится. Осталось 8 минут.
Ровно в обещанное похитителями время зазвонил старенький телефон Киры. На экране высветилась фотография Мальки и надпись «Доча».
— Дай мне, я отвечу, – Валерий протянул руку. Кира передала телефон.
— Да, – он как можно скорее нажал кнопку и поднес телефон к уху.
— С кем я говорю, – протянул неприятный хладнокровный голос.
— Валерий Викторович Сафонов – отец Мальки.
— Слушай меня, папаша, я уже приготовил острую бритву и с радостью сделаю твоей дочурке прическу как у Влада Ямы, если ты скажешь, что миллиона у тебя нет. – Он говорил отчетливо и с паузами. – Ну, так что? Ты наскреб миллион или мне опробовать свои парикмахерские навыки на голове этого милого создания с роскошными волосами?
— Миллион у меня. – Валерий незамедлительно ответил. – Я готов хоть сейчас отдать его вам взамен на Мальку.
— Тогда так: встречаемся на Карловском водохранилище. Проезжаешь дачи, балку, оставляешь машину и идешь пешком через посадку к старой водокачке. Там тебя встретят наши люди. Ты их сразу узнаешь! Они приведут тебя ко мне, и мы получим каждый свое: ты – девчонку, я – деньги. И без глупостей. Если что-то пойдет не так, я пущу ей пулю в лоб, и твоя беготня по банкам окажется напрасной. Приходи один. Надеюсь, я ясно выразился? Один.
— Но я не местный и не знаю, где у вас тут водокачка, – возразил Валерий.
— Спроси у Емельяна Заславского или у матери Мальки. Они там точно не раз бывали. В полдень ты должен быть на месте или я все-таки начну брить твою дорогую доченьку. Так что не задерживайся.
Связь прервалась.
— Они где-то рядом. – Мрачно констатировал факты Валерий.
— Я слышал свое имя, – Емельян обеспокоено закурил. – Мне безумно интересно, кто мог посметь похитить Мальку? Это кто-то, кого я знаю. Но кто?
— Вези нас на водохранилище, – скомандовал Руслан. – Не будем терять время.
Емельян ударил по газам, и его роскошная Mitsubishi незамедлительно увозила их из города.
— Расскажите мне про старую водокачку. Что это за место? – спросил Валерий.
— Там карп хорошо клюет. Это излюбленное место рыбаков, – ответил Руслан. – Сейчас зима, и разглядеть развалины, спрятанные за голыми деревьями, не проблема. Главное не застрять на бездорожье в районе заброшенных дач.
Емельян демонстративно закашлял, мотая головой.
— Худшего места для встречи и придумать нельзя. Водохранилище давно выкупили, там разводят рыбу и продают ее на базарах. Обычных рыбаков с удочками днем с огнем не сыщешь. Только свои. Ходят слухи, что новый хозяин водохранилища – бывший уголовник. Кто он никто не знает. Раньше он пасся на рыбных пажитях, как браконьер, а теперь все законно. Это местная мафия, – заключил Емельян.
— Остается загадкой, какая связь между этими «законными браконьерами» и Малькой? – задумался Руслан.
— Видно им захотелось рыбы покрупнее. – Предположила Кира иронично.
— Не нравится мне эта история, – Емельян выбросил окурок на дорогу. – И места эти безлюдные я с детства не любил.
За серой полоской деревьев на горизонте прорисовывались крыши заброшенных дач. По левую сторону – болото с пожелтевшими камышами, по правую – голая степь.
— О какой балке он говорил? – Валерий всматривался в даль.
— За дачным поселком, где уже лет десять никто не живет, начинается балка – обрывистая ложбинка между степных курганов. Там очень красиво весной, – вспомнила Кира, – родники, густая зеленая трава, липы, осины, терн и шиповник.
— И комаров там пруд пруди. Могут сожрать заживо, – добавил Руслан.
Дачный поселок промелькнул за стеклами автомобиля как ускоренная кинолента на экране телевизора.
— А вот и балка с ее стылым ветром и по-зимнему черной степью. Пусто, – съежилась Кира.
Емельян свернул на грунтовую дорогу. За окнами мелькали сухие деревья, а впереди возвышался крутой холм, за которым уже можно было разглядеть водную гладь.
— Вы втроем будете ждать меня в машине. – Валерий постукивал пальцами по сумке с деньгами. Его беспокоило то, что половина денег липовая. Но он надеялся, что в спешке похитители этого не заметят, иначе все действительно закончится плачевно.
— Прошу тебя, будь осторожен. – Кира положила руку ему на плечо. Валерий поцеловал ее.
— Я с твоим телефоном, у тебя мой. Как только Малька будет со мной, я позвоню.
Машина поднялась на вершину пологого склона, и вода была совсем близко – метрах в двухстах.
Емельян съехал с дороги и заглушил мотор.
— Смотри, – он указал на развалины, виднеющиеся за полосой насаженный дубов. – Там старая водокачка. За ней посадка становится гуще: сплошные дебри. На всякий случай знай, там есть дорога. Она ведет в дачный поселок. Скорее всего, Мальку держат в одном их старых домов. Мы будем ждать вас здесь. Если не произойдет ничего непредвиденного, – добавил он, намекая на неясность, чем все может закончиться.
Они вчетвером вышли из машины. Кира провожала Валерия как в последний путь. Плакала и вешалась на шею. На молодых дубах шелестела сухая листва, вороны кружились в небе. Атмосфера угнетающая.
Валерий простился с Кирой коротким поцелуем, Руслану и Емельяну пожал руку и пошел уверенной кавалерийской походкой вперед.
В посадке ветер стих. Деревья ни скрипели, ни шороха, ни звука, и только воронье карканье и звук шагов Валерия нарушали тишину. Рядом с разваленной водокачкой на мокром снегу виднелись свежие следы автомобильных шин и мужских ботинок. За спиной раздался щелчок. Валерий сразу понял, что на него наставили пистолет.
— Стоять, – приказали басовитым суровым голосом.
Валерий остановился и повернулся лицом к противнику. Их было трое. В камуфляжной одежде и черных шапках-масках с прорезью для глаз.
— Покажи деньги, – один из них подошел к Валерию вплотную, двое других стояли на месте и держали пистолеты в вытянутых руках.
— Деньги в сумке, – Валерий бросил ее к ногам и медленно опустился, чтобы раскрыть и показать, что не врет.
— Расстегни молнию. Мы должны убедиться, что они не фальшивые, – прорычал тот.
Валерий почувствовал нарастающее волнение. Сердце, как барабан в руках шамана-африканца, издавало ритмичные трепещущие звуки.
— Пожалуйста, – Валерий показал им деньги. По глазам бандитов было видно, что они уже довольны.
— Отойди в сторону, – раздался все тот же бас.
Парень присел над сумкой и разорвал бумажную ленту на первой попавшейся пачке, разложил деньги веером и посмотрел на свет. Проделал подобную процедуру с другими пачками. Засмеялся.
— Обыщите его. – Приказал тем двоим, а сам застегнул молнию и подхватил сумку.
Валерий не сопротивлялся и позволил им пошарить по своим карманам.
— Ничего лишнего. Только телефон.
— Тогда ведем его к боссу.
Они торопливо пошли по узкой дороге, ведущей, как и говорил Емельян, в дачный поселок.

Шел снег. В заброшенном дворе одного из дачных участков стояли две иномарки. Тоже без номеров. Кучка бандитов реготала, столпившись в круг. На затоптанном снегу ваялись окурки. Территория была замкнутой. Старый осевший и треснутый дом с заколоченными окнами с одной стороны, напротив хозяйственные постройки, сараи, свинарник, слева ворота, тоже перекошенные и гнилые, но высокие, как и трухлявый почерневший забор, справа стоял колодец и рос раскидистый орех, позади металлическое ограждение – межа, а за ней уже соседский двухэтажный домик.
Валерия затолкали во двор, и все сразу же переключили на него свое внимание.
— А вот и наши денежки пожаловали, – высокомерно прошипел мужчина явно престарелого возраста. Он был слишком тучен. Пальцы отекшие, с синими татуировками, а кожа на руках в коричневых пигментных пятнах. Одет на несколько курток, как капуста. Лицо в маске с прорезью для глаз и рта. Он подошел к Валерию и пустил в лицо облако сигаретного дыма. – Лихо ты справился с поставленной задачей. Сейчас наш босс пересчитает деньжата и, если все в ажуре, получишь свою девку назад. А если нет, то вы отсюда не выйдите. – Грозно заявил он и закашлялся, как туберкулезник.
— Где моя дочь? – спросил Валерий, недоверчиво приглядываясь.
— Проходи, дорогой, будь как дома! – пошутил старик и опять закашлялся. – Сейчас ее приведут.
Где-то за забором что-то затарахтело. Будто споткнулся кто-то или упал.
— Проверить что там, – приказал один из кучи, и четверо послушно сорвались с мест и скрылись за сараями.
Валерий с опаской схватился за сердце, чувствуя неладное. Дыхание никак не приходило в норму, пульс бешено скакал, боль от сердца передавалась не только в левое плечо и шею, но и в челюсть. «Хоть бы не отключиться» – думал Валерий, опасаясь сердечного приступа.
Старый толстяк лично взял сумку с деньгами и понес ее к автомобилю с затонированными стеклами. Он сел на заднее сидение и закрыл за собой дверь. Валерий уверенно стоял на ногах, но силы покидали его. Напряжение со страшной силой давило на сердце. «Они пересчитывают деньги, – думал он, – они, потому что в машине находится кто-то еще, и этот кто-то, скорее всего, и есть организатор».
Тем временем Мальку вытолкали на улицу двое «охранников» и Валерий отвлекся от дурных мыслей.
— Малька! – улыбка озарила его лицо, измученное болью и переживаниями.
— Валерий, – Малька бросилась бежать к нему, похрамывая. Она плакала от радости и волнения.
— Девочка моя, – Валерий с трудом сделал несколько шагов на встречу.
— Папа! – Малька обняла его и приложила голову к груди.
— Ты в порядке? – Валерий прижал ее к себе, поглаживая по волосам.
— Со мной все хорошо, не волнуйся. Мне жаль, что все так вышло. Я не хотела, чтобы вы волновались из-за меня. Как мама?
— Она очень боится тебя потерять. И я тоже.
Валерий и Малька стояли посреди двора, обнявшись. Рядом одна и вторая машина, кругом вооруженные люди, за воротами притормозил внедорожник. Змеиное кубло.
Старый бандит вышел из авто и неповоротливо подошел к Валерию. Воцарилась тишина. Его подельники встрепенулись и уже потянулись за пистолетами, как вдруг раздался вой сирены. Со всех сторон. Валерий схватился за сердце и упал на землю, увлекая за собой Мальку. Издалека донеслись звуки вертолета. Спецвойска в бронежилетах и касках как муравьи набежали отовсюду.
— Вы окружены! У вас никаких шансов! Немедленно бросьте оружие, иначе мы будем стрелять на поражение! – кричал хриплый голос в рупор.
Черная Hyundai Equus завелась и сорвалась с места, сбивая на своем пути все: и людей в масках, и спецвойска, и сами ворота. В машине остались деньги, и тот, кто задумал похищение, был намерен скрыться с ними, считая реальным прятаться от военного вертолета, на борту которого имелось мощное огнестрельное оружие.
Малька склонилась на коленях перед телом Валерия почти также как и тогда в отеле, когда у него произошел сердечный приступ. Но теперь ситуация была более накаленной. Гремели выстрелы и пули летали буквально над головой. Малька безутешно трясла Валерия и умоляла очнуться, но он никак не реагировал.
Сзади подошли несколько спецбойцов в форме с пагонами. Они прятались за оставшейся во дворе машиной и стреляли на поражение. Часть бандитов отступала за ворота. Там ревел мотор черного внедорожника. Они пытались сбежать, отстреливаясь. На снегу багровели пятна крови. Двое в масках стонали, зажимая руками огнестрельные раны. Один бежал, волоча ногу, другого застрелили, и он упал на землю, так и не успев присоединиться к своим дружкам, покидающим заброшенный поселок в панике.
— Остановить их, – все тот же хриплый голос отдавал распоряжения.
Малька не верила своим глазам, но уже ничему не удивлялась.
— Скорая прибудет с минуты на минуту, – солдат в шлеме присел рядом с Малькой и протянул руку к шее Валерия, чтобы нащупать пульс. – Сердце бьется! Все обойдется, зайка, только верь.
Старика в шароварах и двух куртках задержали. Он отчаянно убегал, но с его возрастом и комплекцией побег нереален.
— Отпустите меня, – вырывался он, – я ни в чем не виноват! Я случайно здесь отказался. Просто шел мимо! Хотел проверить крепкий лед на ставке или нет. Я рыбак! – оправдывался он.
В небе гудел вертолет. Он пронесся над двором и полетел дальше. Со старика сорвали маску, и Малька узнала этого человека. Раньше он стоял на рынке менялой. И хоть Мальке не приходилось менять деньги ни у него, ни даже в банках, но и его неприятную физиономию она просто не могла не запомнить. Круглое небритое лицо, красные щеки и нос, засмоленные седые волосы и постоянно скривленные губы. Да его весь город знал.
Еще двоих повалили на снег и за их спинами щелкнули металлические наручники. Трое задержанных, два трупа и автомобиль без номерных знаков – все, что осталось от шайки бандитов во дворе.
Но рации тревожно произнесли «Внедорожник движется по объездной. Встречайте».
— Скорая на подходе, – к Мальке подбежал молодой солдат.
К воротам подъехала карета скорой помощи. Малька уже ничего не понимала: что, куда, зачем? Валерия на носилках погрузили в машину. Доктор сразу начал осмотр. Кто-то из спецотряда крикнул «смотрите», и Малька, развернув голову, увидела, как с вертолета летят подобные молниям разрывающиеся гранаты. Внизу петляли две машины. Одна из них уже дымилась, вторая резво мчалась вдоль линии воды. С дачного поселка берег просматривался как на ладони.
— Им не уйти, – радовался капитан. – На этот раз мы поймаем его с поличным!
— Кого? – спросила Малька.
— Всему свое время! – он так и не ответил. Раздался смех. – Есть! Они теперь наши!
Обе машины горели. Люди, как черные букашки выскакивали из объятых пламенем автомобилей. Вертолет шел на посадку, и два авто со спецвойсками уже приближались к месту, где один за другим прогремели два мощных взрыва.
— Обалдеть, – Малька закрыла уши.
Ко двору подъехала еще одна машина. Из нее вышли Руслан, Емельян и Кира.
— Малька! – Кира бросилась к ней и крепко обняла, прижимая к себе. – Я так переживала. Слава Богу, ты жива. А где же Валерий? – она, словно предчувствуя еще большую беду, заглянула в карету скорой помощи. – О Боже, только не это, – закричала она.
Валерий как раз приоткрыл глаза, приподнял голову, но снова потерял сознание.
— Нужно как можно скорее доставить его в больницу. – Доктор обратился к шоферу. – Поехали. Девочка, – на этот раз его серьезные серые глаза смотрели на Мальку, – тебя тоже нужно осмотреть. Займемся этим позже, а сейчас быстро в машину.
Кира ужаснулась, представив на долю секунды, что здесь происходило. Пятна крови. Трупы. Ее душили слезы. Люди с оружием. Вертолет и, как ей показалось, задержание преступников.
— Я с вами, – Кира взяла дочь за руку. – Поехали!
Малька оглянулась, уловив на себе пристальный взгляд. Такое с ней часто происходило: она чувствовала даже спиной, когда на нее смотрят. Емельян и Руслан стояли бок о бок. Оба подавленные и нерешительные.
— Дорога каждая секунда, – торопил доктор. – Едем.
У Мальки не было времени на разговоры ни с Русланом, ни с Емельяном. В глубине души она обрадовалась, что Емельян жив, здоров и не пострадал во время гонки. Малька поднялась на ступеньку и в один миг чуть не упала от потери сознания. В памяти всплыла ужасная картинка из прошлой ночи: толпа людей, бутылка шампанского в руках победителя, счастливое лицо Наташи и голос шефа «Покатаемся, конфетная принцесса».

Мокрый снег с лобового стекла сметали беспокойные дворники. Мертвый дачный поселок промелькнул за окнами тенью. Эрнесто еще не знал, что с минуты на минуту прогремит первый взрыв и начнется еще одна гонка – гонка на выживание. Он поправил челку и провел рукой по гладко выбритой щеке. Его темно-карие глаза, обрамленные густыми пушистыми ресницами, как у южного мужчины, смотрели только на дорогу. Полные губы не выражали никаких чувств. Только уверенность и суровое молчание.
— Вот она! – усмехнулся Эрнесто, когда яркая Mitsubishi предстала перед глазами. – А где же сам Емельян? Почему оставил машину так далеко от берега? – задумался он.
— Ты глянь на колеса, – заметил его дружок Леха Твердолобов. – Они же не могли спустить сразу все?
— Да, черт возьми, что-то здесь неладное, – прищурился Эрнесто и резко затормозил. Он выбежал из машины и обомлел, увидев под ногами осколки и запчасти разбитых телефонов. – Похоже, у кого-то еще были счеты с Емельяном.
— Надо валить отсюда пока не поздно, – предложил Алекс Разумный.
— Берем тачку и валим, – настаивал Глеб Корыстов.
— Ты выиграл ее, Раджа! – кричал Леха Твердолобов. – Берем ее на буксир, и в гараж!
Вой сирен и отголоски фраз «Вы окружены! У вас никаких шансов! Немедленно бросьте оружие, иначе мы будем стрелять на поражение!» вынудил Эрнесто принять молниеносное решение вернуться за руль и ехать как можно дальше от этого места.
— Уходим, – завопил он. Дружки испуганно переглянулись. – Здесь пахнет жареным.
— Ты оставишь Mitsubishi Емельяну? – Твердолобов не утихомиривался. – Я тебя не узнаю. С каких пор ты ведешь себя, как жалкий трус?
— По местам, – Алекс Разумный толкнул его в плечо. – Нас не должны здесь видеть. Ты что совсем тупой? На Емельяна вышли менты! Ты тоже за решетку хочешь?
Эрнесто завел мотор и поехал к старой водокачке.
— Разворачиваться опасно. Едем в объезд и как можно дальше отсюда, – прокомментировал он свои действия, а над дачным поселком уже во всю тарахтел мощными лопастями военный вертолет.
— Этого не может быть, – выпалил Глеб Корыстов. – Они вызвали вертолет!
— Поднажми, Раджа, давай, покажи мастер-класс! – визжал Алекс, выгнув шею, пытаясь разглядеть, что творится на бугре.
Эрнесто мчал на всех парусах, точно так, как Hyundai Equus и внедорожник, рвавшие когти прочь из дачного поселка. В них летели гранаты и вертолет преследовал по пятам. Знал бы Эрнесто о столкновении, поехал бы обратной дорогой, но судьба распорядилась иначе. Черную Hyundai, объятую пламенем, закружило на скользкой дороге. Из нее выскочил мужчина в деловом костюме с чемоданчиком в руках и побежал в глубь зарослей. Другие в одежде хаки отстреливались, возомнив себя спецназовцами сражающимися с опасным врагом. Своими смешными пистолетиками они целились в громадную железную махину с винтом на спине и гранатометом, торчащим из салона. Из ниоткуда вылетел неуклюжий внедорожник, с которым и столкнулась лоб в лоб, управляемая Эрнестом, Chevrolet.
— Бросай руль, – Алекс Разумный в панике выпрыгнул из загоревшегося автомобиля. – Сейчас будет взрыв. Бежим!
Друзья Эрнесто беспрепятственно, но не безболезненно выбрались из машины. Алекс был ранен осколками стекол. Лицо в резаных ранах залилось кровью. Корыстов и Твердолобов, корчась от боли, проворно ползли в посадку, опасаясь быть разорванными на части взрывной волной. Эрнесто же не смог выбраться: его ноги зажало в сдавленном салоне, покореженном как консервная банка. Оставалось молиться о спасении или прощаться с жизнью.
Эрнесто с малых лет, как и большинство мальчишек, испытывал потребность в самоутверждении, он привык вырывать победу зубами, драться до последнего, чтобы с гордостью носить знание «победитель». Проигрыш всегда больно бил по самолюбию. Но на этот раз вопрос о подорванном авторитете уже не стоял. Эрнесто осознал, что пиком его славы стал недавний выигрыш в гонке, и концом его карьеры – нетерпеливое желание заполучить машину соперника как можно скорее.
Самостоятельно выбраться он не мог. Ног не чувствовал, и перед глазами вся жизнь промелькнула в ускоренном варианте. Как он покорял одну за другой вершины, достиг высокого положения, имел все шансы на славу и уважение в обществе, как твердили старые знакомые, и что Эрнесто совершенно изменился, что удача и радость победы вскружили ему голову. А он же попросту перестал скрывать свои истинные мысли и стал самим собой, сбросив маску хорошего мальчика и законопослушного человека. Эрнесто запросто мог бы стать военным: ему не занимать мужества. Но всю жизнь скорость была на первом месте. Он не видел будущего без гонок и побед, без соперничества и риска, и поэтому принял решение – не рыпаться.
Огненный свет ослепил глаза. Chevrolet взорвалась как в американском боевике, и Эрнесто сгорел заживо. За рулем. Под крики «друзей», спасающих свои шкуры и пальцем не пошевеливших для его спасения.
Эрнесто так и не стал ничьим мужем, не смотря на популярность среди женщин, восхищавшихся его внешностью, смелостью и умением себя преподнести. Женщины у него ассоциировались с красивыми упаковками, и он, как в супермаркете, всегда брал, что ближе и ярче, вместо того, чтобы искать то, чего не видно с первого взгляда. Наташа тоже была для него чем-то вроде красивой игрушки, но эта игрушка безутешно рыдала, когда узнала о его смерти.
Милиция задержала всех оказавшихся на месте проведения операции «Захват».
Малька с Кирой и отцом уезжала в карете скорой помощи, в то время как Руслан с Емельяном озадаченно наблюдали за происходящим на их глазах.
— Так кто все-таки вызвал милицию? – спросил Емельян. – И откуда в нашем городе военный вертолет? Обычно их не дождешься, а тут и техника, и целая бригада вояк.
Руслан опустил глаза. Разглашать служебную информацию он и права не имел, да к тому же Емельян был одним из подозреваемых в деле по угону дорогих иномарок, но интуиция подсказывала Руслану, что уж к чему к чему, но к делу о похищении Мальки, Емельян не имеет никакого отношения.
— Так и рыбка на крючок попалась не какая-нибудь, – Руслан попытался уйти от ответа. – И скоро мы узнаем, кто хотел разбогатеть на миллион.
Емельян вспылил, дернулся с места, чтобы внимательнее рассмотреть, кого же схватили.
— Мы узнаем? – повторил он. – Мы? Не ты ли случайно их вызвал? Кира не могла, этот Валерий тоже не стал бы рисковать жизнью и здоровьем Мальки. А ты? – Емельян набросился на Руслана и вцепился в его воротник. – Да ты мент! Как я сразу не догадался?
— Не мент, а младший лейтенант, – Руслан оттолкнул Емельяна.
— Да ты мразь! Мальку могли убить из-за тебя. Как ты мог так поступить? – Емельян сжал кулаки.
— Я тоже переживал за нее, но я до последнего верил, что с ней ничего не случится.
— Ничего не случится? Да ты ненормальный! Ее могли убить как муху.
Капитан в военной форме и двое подчиненных молниеносно отреагировали на возмущения Емельяна. Они оттеснили его на несколько метров, не применяя ни грубой силы, ни устрашающих фраз, только взгляд: уверенный и проницательный.
— Не будем о худшем, – Руслан тяжело вздохнул и засуетился. – В машину! Хочешь лично посмотреть в глаза местному Аль Капоне?
— Да. – Не раздумывая, ответил Емельян.
Вчетвером они погрузились в старый УАЗик. Взревел мотор, и по бездорожью они неслись к месту аварии. И Chevrolet, и бандитские Hyundai с внедорожником пылали ярким пламенем. Издалека доносился вой сирены: ехала еще одна карета скорой помощи. Вертолет, железной птицей приземлившийся, вновь гудел, и лопасти с грохотом рассекали воздух.
— У меня не было времени все хорошенько обдумать, – Руслан говорил, не глядя в глаза Емельяну. – Возможно, Малька никогда не простит этот риск, но я поступил, как велело мне сердце. Преступники должны сидеть в тюрьме.
— Герой! – с сарказмом произнес Емельян, недовольно щурясь. – Ты поставил на кон ее жизнь. Ради продвижения по карьерной лестнице? Чтобы выслужиться перед начальством?
— Потише, дружок, – капитан сделал ему замечание. – Не время для выяснения отношений.
Емельян замолчал. Настало время для прозрения.
В наручниках, с разбитой бровью и потеками крови на дорогом сером пиджаке, с озлобленной ухмылкой стоял Заславский Виталий Александрович. Деньги кружил ненастный ветер, а вояки с пистолетами бегали за порхающими бумажками, как дети по цветущему полю за бабочками. Удивлению Емельяна не было предела. Он не мог выдавить из себя и слова. Мысли снежным комом накатывались и едва не сбивали с ног. Как вкопанный он стоял, опустив руки и не веря, едва заметно мотал головой. «Нет» – прошептал он и, ужаснувшись, охватил голову руками.
Вокруг все закружилось. Никто, кроме Емельяна, не стоял без дела. Одни тушили автомобили, другие привели под руки еще одного солидного мужчину в дорогом костюме. Им оказался шеф Мальки Вилор Петрович – упитанный бизнесмен с бегающими поросячьими глазками. Из помятой Chevrolet вытащили обгорелый труп. Емельян и понятия не имел, что этим несчастным стал его соперник по недавней гонке и что свою Mitsubishi уже можно никому не отдавать. Но в тот момент Емельян и думать забыл о себе и своих проблемах, он пытался сопоставить факты и понять, как его отец и шеф Мальки могли организовать ее похищение.
Виталий Заславский, увидев сына, сплюнул под ноги кровавой слюной.
— Теперь я буду гнить в тюрьме из-за тебя, бестолочь, – сказал он, не обращая внимания на сотрудников правоохранительных органов. – Если бы ты послушал меня, Малька стала бы твоей женой, и все миллионы ее папаши были бы наши.
Емельян недоуменно потупил взгляд.
— Миллионы? Как ты мог, отец? – он разочарованно прикусил нижнюю губу и жалостливо свел брови. – Ты же знал, что я люблю ее.
Они обменялись немыми взглядами, и Виталия Заславского затолкали в УАЗ, прервав трогательную беседу отца с сыном.
Руслан тоже поник. Он увидел в Емельяне достойного соперника, и страх, что он потеряет Мальку из-за своей же глупости, самоуверенности и риска, нагонял на него чувство болезненного отчаянья.

Из протокола допроса Людмилы Стручковой:
«О том, что у Мальки есть богатый папочка, я узнала много лет назад. В историю о летчике-испытателе я, как взрослая и опытная женщина, естественно не верила, как и родительницы одноклассников моей дочери Наташи. Всем было ясно, что Кира врет, но ее никто не обвинял, и только за спиной шушукались, называя матерью-одиночкой. Впрочем, она ей и являлась, ведь растила Мальку одна. Жили они небогато, в крохотном доме на два хозяина. Сад, латка огорода, повалившийся забор, заросший виноградом. Киру жалели соседи, некоторые холостяки безрезультатно пытались ухаживать, но она гордо отказывала каждому, а со старухами-сплетницами вообще не контактировала. И зря. Потому как они видят и знают больше кого бы то ни было.
От одной пожилой женщины, царство ей небесное, я узнала, что некий симпатичный молодой человек разыскивал Киру. Старушка побоялась рассказать ему правду, но взяла визитку с номером телефона. Этой визиткой я и воспользовалась. Не раздумывая, я позвонила и представилась Кирой Фоер. В тот же день я встретилась с двумя молодыми людьми в кафе, и в результате милой непринужденной беседы узнала, что отец Мальки сам Валерий Сафонов. Люди недалекие от политики или те, кто хоть изредка смотрят по телевизору новости, знают, как богат этот человек. Я бы с радостью стала Кирой, но сыграть ее роль перед тем, кто очень хорошо ее знал в прошлом, я не смогла бы, а потому и рассказала им свою выдуманную историю, запудрив им мозги окончательно.
С самим Сафоновым я встретилась по счастливой случайности в оперном театре Одессы. Мы познакомились и даже вместе ужинали в ресторане. Я выудила у него информацию и Кире, и у меня не оставалось никаких сомнений, что Малька на самом деле богатая наследница, но из-за гордыни своей матери лишена всех благ и почестей. Охмурить Сафонова мне не удалось, и без тени сожалений я выбросила его из головы на длительный срок. Коль он не достался мне, то и Кире я не стала делать такой дорогой подарок. Хотя я могла бы устроить им встречу, и кто знает, может, Малька росла бы настоящей принцессой. Но в классе, да и во всей школе единственной принцессой была моя Наташа.
Имя Сафонова снова всплыло около месяца назад. Виталий Заславский – мой коллега в некотором роде, заключил с ним сделку на поставку конфет производства одной из кондитерских фабрик Сафонова. Емельян – сын Виталия встречался с Малькой более трех лет. Об их свадьбе и речи не было. Виталий возлагал на сына большие надежды в плане породниться с нужными людьми, Емельян же дружил с Малькой. Любовь или дружба между ними была не мне судить, но Виталий не воспринимал Мальку всерьез. У меня же были небольшие финансовые трудности: новый магазин требовал вложений, дочь сосала из меня все соки на свой институт и вдобавок ко всему захотела жить отдельно и попросила купить ей квартиру. Все хорошенько взвесив, я предложила Виталию нехитрый план обогащения. С меня – полезная информация, с него – квартира и покрытие моих текущих расходов. В дальнейшем я могла бы его шантажировать и просить столько денег, сколько мне нужно.
Виталий выслушал меня спокойно, пообещал во всем разобраться лично и, если информация подтвердиться, выполнить мои условия. В скором времени мои финансовые трудности были решены, а Виталий начал окучивать сына, намекая на свадьбу. Женить Емельяна на Мальке стало его главной целью, и если бы не моя Наташа, все прошло бы гладко. Но моя дочь влюбилась, и не в кого-нибудь, а в Емельяна. Естественно, ее чувства могли нарушить все договоренности, впрочем, из-за нее Заславский так и остался с носом. Он с готовностью дал Мальке две тысячи баксов, когда она в полночь пьяная вломилась к ним домой и попросила позвать Емельяна, а Емельян тем временем отрывался на полную в ночном клубе с моей дочкой. Виталий думал, что Малька купит на эти деньги свадебное платье, а она взяла и удрала в Израиль.
У Виталия в городе свои люди есть в любой конторе, и ему не составило труда вычислить, куда пропала Малька. Терять завидную невестку Виталий не хотел и тоже отправил сына на курорт, надеясь, что они помирятся, и свадьба все-таки состоится. А в итоге Емельян вернулся один, а Малька – с отцом миллионером.
Емельян под гнетом отца просил у Мальки прощения, писал любовные письма, но под конец остыл и ушел в себя и свои увлечения. В ночь похищения Мальки у Емельяна была гонка. Этим событием они и воспользовались, чтобы выкрасть Мальку, не навлекая на себя подозрений. Они – это Виталий Заславский и шеф Мальки, которого я втянула в эту историю по неосторожности. Главный инициатор похищения – Виталий. Командовал парадом он. Ему принадлежала идея взять в долю и приобщить к делу Рохана с его людьми. Я знала обо всем этом, но не противостояла беззаконию. Виталий обещал не обидеть деньгами, но сказал, что 50% отдаст банде Рохана.
Больше мне ничего не известно по этому вопросу».
Остальные от дачи показаний отказались.